Неточные совпадения
— Не знаю, — ответил Самгин, следя, как мимо двери стремительно мелькают цветисто одетые люди, а двойники их, скользнув по зеркалу, поглощаются серебряной пустотой. Подскакивая на коротеньких ножках, пронеслась Любаша в паре с Гансом
Саксом, за нею китаец промчал Татьяну.
По голосу Клим узнал в мастере Кутузова, нашел, что он похож на Ганса
Сакса, и подумал...
Таких литераторов уже нет теперь — по тону и внешнему виду, как и вся та компания, какая собиралась у автора"Поленьки
Сакс","Записок Ивана Чернокнижникова"и"Писем иногороднего подписчика".
Тэн объясняет сильные страсти шекспировских героев, их пламенные монологи и неистово грубые ругательства тем, что предки Шекспира — англо —
саксы — набивали животы сырыми ростбифами и пивом…
Он сам, этот мрачный и закрытый человек, с тем милым простодушием, которое он черт знает откуда брал (точно из кармана), когда видел, что это необходимо, — он сам говорил мне, что тогда он был весьма «глупым молодым щенком» и не то что сентиментальным, а так, только что прочел «Антона Горемыку» и «Полиньку
Сакс» — две литературные вещи, имевшие необъятное цивилизующее влияние на тогдашнее подрастающее поколение наше.
Неужели же начать было объяснять ей «Полиньку
Сакс»?
— Есть такая повесть, «Полинька
Сакс». Я еще студентом читал… Там какой-то чиновник,
Сакс, с большим состоянием, арестовал на даче жену за неверность… А, ну, черт, наплевать! Вот увидите, что Маврикий Николаевич еще до дому сделает вам предложение. Он нас еще не видит.
— А, ну, черт… Лизавета Николаевна, — опикировался вдруг Петр Степанович, — я ведь, собственно, тут для вас же… мне ведь что… Я вам услужил вчера, когда вы сами того захотели, а сегодня… Ну, вот отсюда видно Маврикия Николаевича, вон он сидит, нас не видит. Знаете, Лизавета Николаевна, читали вы «Полиньку
Сакс»?
Старшая из них, госпожа Шварц, была женою биржевого маклера, вторая — госпожа Сакс-Бей, вдовою лейб-медика египетского хедива, и младшая еще была барышнею и звали ее m-lle Зак.
Николай Герасимович увлекся было одною из сестер, госпожою Сакс-Бей, но узнав, что сердце ее занято, тотчас же уехал из Вены в Италию.
В Германии, не имевшей даже посредственных драматических писателей (был Ганс
Сакс, слабый и мало известный писатель), все образованные люди, вместе с Фридрихом Великим, преклонялись перед французской псевдоклассической драмой.
Шли через боскетную, где до сих пор не зачахли пальмовые ветви, через игральную зеленую, где в стеклянных шкафах золотился и голубел фаянс и
сакс, где Иона тревожно косил глазами Дуньке.
Был целою выше варяг головой,
Чернела как туча кольчуга,
Свистел его в
саксах топор боевой,
Как в листьях осенняя вьюга...
Мне снилось: от берега норской земли,
Где плещут варяжские волны,
На
саксов готовятся плыть корабли,
Варяжскими гриднями полны.
Не стало у
саксов вчера короля,
Лежит меж своих он, убитый,
Пирует норманн, его землю деля,
И мы пировали там сыто!
И бабище злое бодрит его рать,
И молвит: «Я воронов стаю
Прикликаю
саксов заутра клевать,
И ветру я вам намахаю...
Мне снилось: от берега франкской земли,
Где плещут нормандские волны,
На
саксов готовятся плыть корабли,
Нормандии рыцарей полны.